Как повлияет на подготовку инженеров присоединение России к «Болонскому процессу»? Ю.Я.: Еще на заре перестройки у руководства образования возникало желание сократить продолжительность высшего профессионального образования на один год. Присоединение России к «Болонскому процессу» позволило это сделать, переведя моноуровневую подготовку инженера на двухуровневую — «бакалавр–магистр». Именно подготовка бакалавров в ближайшие годы станет массовой подготовкой специалистов. При этом срок обучения бакалавра составит четыре года. Подготовка бакалавров, которую предстоит реализовывать, — это компромиссное решение между «чистым» бакалавром и инженером. Вообще бакалавриат — это базовая подготовка в какой-либо области техники, например строительстве, назначение которой — дать основные знания в этой области и выпустить универсального специалиста. В последующем, когда бакалавр закончит магистратуру, он должен стать узконаправленным специалистом в той или иной области техники. Нам предстоит готовить бакалавров с учетом так называемой профилизации. В упрощенном виде под профилизацией понимается существующая ныне специальность. В строительной группе все инженерные специальности перенесены на профили подготовки бакалавров и магистров с тем же названием. Поэтому подготовка бакалавров по сути — подготовка тех же инженеров, уменьшенная на один год. Сейчас по нашей специальности «Теплогазоснабжение и вентиляция» разработаны учебные планы подготовки бакалавров и магистров по профилю. В новых учебных планах существенно сокращен цикл естественно научных дисциплин, он составляет по объему примерно 60 % от того, что было раньше в планах подготовки инженеров, существенно сокращен цикл гуманитарных и социальноэкономических дисциплин. В конечном итоге его объем составляет порядка 30 % от того, что было в прежнем плане. Часть такой подготовки перенесена в учебные планы магистра. Благодаря этому в учебном плане бакалавра удалось сохранить подготовку по дисциплинам профилизации в том же объеме, что и в плане подготовки инженера. То есть на качестве образования это не скажется? Ю.Я.: Для бакалавров это скажется на качестве фундаментальной подготовки, а на качестве специальной подготовки — нет. Для магистра открывается возможность углубленной как фундаментальной, так и специальной подготовки. Нужно иметь в виду, сегодня изменился сам принцип инженерного труда. Проникновение в инженерный труд информационных технологий привело к тому, что теперь массовый специалист не является разработчиком, он является пользователем того или иного готового продукта. При этом специалист должен обладать компетенцией в смежных областях знаний. Разработчиками является узкий круг специалистов, и это могут быть и бакалавры, имеющие способности и стремление получить хорошее знание, и магистры, которые имеют возможность получать более глубокие знания за счет дополнительной двухлетней подготовки. Исходя из этого, мы расширяем образование с точки зрения получения «представления» или компетенции, но сужаем с точки зрения получения глубоких знаний. Это веянье времени, и это все закономерно. Противники «Болонской декларации» высказываются о том, что бесплатных магистратур не будет, и что для того, чтобы поступить в магистратуру, понадобится не только запас знаний, но и запас денег. Как Вы можете это прокомментировать? Ю.Я.: Бюджетные места в магистратуре будут, но сколько — 5 % или 20 % от выпуска бакалавров, — пока сказать сложно. Особой надобности в массовой подготовке магистров нет. Представьте такую ситуацию: магистр — выпускник факультета ТГВ МГСУ пришел на работу в проектную организацию. Поставят ли его сразу главным инженером проекта? Сомнительно. Он должен поработать, приобрести практические навыки, поэтому мнение о том, что магистр более подготовлен для практической деятельности, чем бакалавр, не очень обосновано. Магистров следует готовить для исследовательской и преподавательской деятельности, однако эти виды деятельности не являются массовыми. Почему будущих инженеров не учат физиологии? Ю.Я.: Как не учат?! Я читаю для студентов факультета ТГВ теоретические основы специальности, где треть курса посвящена гигиене микроклимата, физиологическомувоздействию на организм человека температурных условий, влажности, подвижности воздуха, лучистого тепла. Все эти вопросы подробно изложены в наших учебниках. Такие знания необходимы, чтобы будущие специалисты понимали сущность процессов формирования микроклимата, умели обоснованно выбирать параметры среды в помещении, обеспечивающие в нем функциональный комфорт. Но некоторые специалисты высказываются за введение такого предмета, как «экология помещения» — что Вы об этом думаете? Ю.Я.: «Экология помещения» — то же самое, что микроклимат помещения, только по-иному названо. Понятие экологии как отрасли знания сейчас трактуется очень расширенно. Вообще эколо-гия — это наука о единстве природной системы, о взаимодействии отдельных элементов природной системы между собой и с окружающей средой. В техническом плане экологические аспекты нашей специальности связаны не только с экологией помещения, но и с воздействием технологических выбросов на воздушную, водную среды и почву, к чему причастны наши системы. Как Вы можете охарактеризовать сегодняшний рынок труда? Ю.Я.: Сегодня в области отопления, вентиляции и кондиционирования воздуха проявился огромный рынок техники и технологий. Понятно, что в эту область техники хлынул поток людей, открылось большое количество разных фирм и предприятий. Проблема в том, что в этих фирмах очень мало или вообще нет специалистов с профильным образованием или большим практическим опытом. Поэтому наши выпускники сейчас очень востребованы и получают хорошие стартовые условия. У них есть возможность придирчиво выбирать место работы, чем они широко пользуются. Лет десять-пятнадцать назад работать по специальности отваживалось не более половины выпускников ВУЗа. Сейчас все те, кто ушел из специальности, в нее вернулись. А где Вы учились, какие у Вас были мотивации в выборе специальности? Ю.Я.: Закончил я МИСИ, факультет ТГВ, а мотиваций в выборе специальностей никаких не было, какие могут быть мотивации в 17 лет? Я учился в замечательные 60-е годы, в период, когда страной руководил Н.С. Хрущев. Он считал, что в ВУЗе должны учиться люди, имеющие стаж практической работы, поэтому все обучающиеся были разделены на две категории: школьники, только что окончившие школу, и производственники, имеющие два года стажа работы или отслужившие в армии. В ВУЗы принимали 80 % производственников и 20 % школьников. Конкурс для нас был раздельный, чтобы поступить на факультет ТГВ в 62-м году, я, будучи «школьником», сдавал шесть экзаменов, по трем из них устанавливали проходной балл (тогда он был 13 для москвичей и 14 для иногородних). Экзамены сдавали не как сейчас, а как положено. В ВУЗы попадали в основном люди подготовленные, знающие, и поэтому они могли успешно учиться в условиях нормальной требовательности и строгой дисциплины. Для того чтобы производственников и школьников «уравнять», школьники полтора года (три семестра) учились по вечерней системе: днем работали рабочими на стройке, а вечером учились. Это была великолепная жизненная, профессиональная и производственная школа. Мы специальность познавали с первого дня и своими руками. Нам удавалось много посмотреть и узнать из практической жизни. Выпускники нашего времени были специалистами высокого класса, и сравнить нынешние выпуски с теми, что были хотя бы еще 20 лет назад, просто невозможно. Каким минимумом знаний должен обладать современный инженер? Ю.Я.: В области высшей математики наши специалисты должны владеть дифференциальным и интегральным исчислением, знать основы теории вероятностей, векторной алгебры. По физике необходимо знание технической термодинамики, тепломассообмена, гидромеханики, основ механики твердого тела — это обязательные основы специальности. Следует освоить ряд сопутствующих дисциплин, необходимых инженеру в современных условиях, таких как правоведение, прежде всего в области специальности, экономика и экология. К вышесказанному необходимо добавить, что специалист в нашей области должен иметь расширенные знания архитектуры, строительных конструкций, прежде всего с точки зрения номенклатуры конструкций, их роли в здании и в формировании микроклимата помещений. И, разумеется, знание набора специальных дисциплин, таких как теоретические основы обеспечения микроклимата, строительная теплофизика, насосы и вентиляторы, отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха, теплоснабжение, газоснабжение, теплогенерирующие установки, автоматизация технологических процессов, технология монтажно-заготовительных работ — вот основной набор обязательных дисциплин. Актуальными для современных специалистов представляются знания в области конструирования и технологии производства современного оборудования систем теплогазоснабжения и вентиляции. Какие, на Ваш взгляд, главные проблемы в подготовке современных инженеров? Ю.Я.: Проблем несколько: ? Недостаточное финансирование ВУЗов. В течение более 10 лет финансирование было скорее символическим. Это привело ко многим негативным процессам: оттоку преподавателей, падению социального статуса педагога, старению материальной базы. Восстановить потенциал ВУЗов полностью не представляется возможным. Сейчас ВУЗы в значительной мере финансируются за счет собственных средств, прежде всего от коммерческих студентов. Появление в ВУЗах платных форм образования привело к резкому снижению качества образования за счет падения учебной дисциплины (студентов нежелательно отчислять, потому что они приносят деньги). Коммерческие студенты очень слабые, они поступали в ВУЗ без экзаменов, как правило, не демонстрируют желания учиться. ? Среднее общее образование, как и высшее, не стало лучше в последнее десятилетие. В ВУЗы приходит учиться молодежь, не имеющая нужной подготовки. Я постоянно общаюсь с первокурсниками и не могу понять, почему у ребят нет элементарных знаний в области техники, полная безграмотность, неумение писать, чертить, рисовать. Я уже не говорю о математике, физике, химии. ? Отсутствие преемственности педагогических кадров и подготовки вузовских преподавателей. Понятно, что при той заработной плате, которую государство платит преподавателям (3–8 тыс. рублей!) трудно требовать от них служебного энтузиазма и стремления молодежи работать в ВУЗе. Конечно, среди молодых людей есть желающие и способные посвятить себя преподавательской деятельности. Но в условиях ограниченных форм вузовской деятельности, в которых они воспитывались, они не получают необходимой подготовки в полной мере. Прежде всего это относится к научным исследованиям. Не секрет, что в нашей области научные исследования невостребованы. Очевидно, с точки зрения наших «толстосумов», научные исследования — это пустая трата денег, а государство об этом не очень заботится. В высшем образовании я уже 45 лет, прошел в ВУЗе все возможные ступени — от студента до проректора, и могу судить о нем профессионально. По сравнению с тем, что было достигнуто к 80-м годам, сейчас высшее профессиональное образование находится в стадии разрушения. Я не думаю, что образование погибнет окончательно, все возрождается, так и оно возродится, только это будет уже другое образование.