В одном из предыдущих номеров журнала С.О.К. описывалась деятельность Рабочей группы Экспертного совета при Правительстве РФ по повышению энергоэффективности, возглавляемой Е. Л. Николаевой [1]. Создание такого органа, состоящего из профессионалов своего дела, вселяет надежду на то, что и в чрезвычайно энергоёмком комплексе жилищно-коммунального хозяйства возможно ожидать существенных изменений.

В последнее время, в частности, резко возросло внимание к средствам объективной оценки процессов, связанных с затратами энергии и ресурсов. И, ввиду невероятной важности обеспечения условий нормальной жизнедеятельности людей, такому контролю следует подвергнуть прежде всего многочисленные услуги, оказываемые населению предприятиями жилищно-коммунального хозяйства. Тем более печально, что в этой важной сфере не обходится без парадоксальных недочётов. В частности, в системе горячего водоснабжения.

Как справедливо отметила Елена Николаева в своём интервью, «очень сложно двигаться, пока нет чёткого понимания, что нам продают и в каком виде». И здесь напрашивается простое сравнение.

Если вы заказали доставку на дом какого-то скоропортящегося продукта, то при получении, разумеется, вы обратите внимание на его состояние. И если что-то вас не устраивает, то вы имеете право в установленном порядке обжаловать эту услугу, отказаться от неё или получить соответствующую компенсацию. И производитель с перекупщиками и прочими «прилипалами» тут беспомощны, поскольку в подобных случаях есть влияние покупательского спроса и необходимый действенный контроль.

Совсем иначе обстоят дела с оплатой услуг ЖКХ и, в частности, горячего водоснабжения (ГВС). Вода, поданная в многоквартирный дом (МКД), течёт по разным (и по сечению, и по длине, и по степени теплоизоляции, и по материалу, из которого они изготовлены, и т.д.) трубам к разным потребителям. Кто-то получает её прямо «на разливе», горяченную, кто-то — немного погодя, уже чуть остывшую, а к кому-то она приходит уже сильно охлаждённой после длительного путешествия по трубам и посещения застойных зон. Циркуляция воды для поддержания заданной температуры в «основных артериях», конечно, предусмотрена проектантами, но ведь все проблемы не решить, и поэтому мы покупаем то, что предложат.

Есть, правда, ещё система двухкомпонентной оплаты услуг ГВС, согласно которой стоимость их складывается из двух составляющих — холодной воды и энергозатрат на её подогрев. Но это всё опять только про учёт затрат поставщиков — к вопросу: «С кого сколько взимать, исходя из качества услуги?» данный аспект никакого отношения не имеет.

И по сей день очень часто жители одного и того же дома платят одинаково за услуги самого разного качества. Даже если температура горячей воды не выходит за допустимые пределы (60–75 °C), то есть нет никаких нарушений установленных нормативов, то и тогда разница в оплате этой воды может достигать 30 % и более. Всё это из-за того, что «горячая вода» — это нечто неопределённое. И, значит, платить за неё по принципу «сколько пролил, столько и купи» глупо. Вылитые из крана кубометры не могут, как, например, киловатты в электроснабжении, быть объективными критериями стоимости услуг. Киловатт-час — «он и в Африке киловатт-час». А приравнивать в цене почти кипяток и чуть тёплую водичку — явно несправедливо.

Мало того: оказывается, поставщикам выгодно «недогревать» воду, поскольку чем ниже её температура, тем больше её расход. И потребители прекрасно это понимают. Доказательством тому может служить количество гневных откликов на петицию под заголовком «Пересмотрим тарифы на горячую воду! Введём справедливый учёт!» на сайте «Демократор». Но не могут, а, скорее, не хотят знать этого чиновники. Их в какой-то степени можно понять, если вспомнить давние «дочубайсовские» десятилетия, когда такая система тарифообразования не привлекала к себе внимания, поскольку все услуги ЖКХ не выливались в сколько-нибудь чувствительные для кармана суммы. Сейчас же, когда вода и тепло вдруг стали во много раз дороже, трубы продолжают гнить, и надо наконец-то их менять, а наши зарплаты и пенсии продолжают таять, аппетиты соответствующих «специалистов» пошли в рост.

Ради справедливости надо отметить, что в обоих случаях (и при доставке товаров на дом, и при оплате горячего водоснабжения) есть определённые правила обжалования. В частности, в случае ГВС можно сослаться на специальное Постановление Правительства РФ №354 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» [2], но пользоваться этой возможностью из-за сложности процедур обжалования чаще всего охотников не находится.

На рис. 1 представлено семейство прямых, названных нами термоэквивалентами. По оси абсцисс отложена температура воды t [ °C], а по оси ординат — процентное содержание горячей воды в используемой смеси. На уровне Х = 100 % отложены значения температур якобы горячей воды (в соответствии с СанПиН 2.1.4.2496–09 её температура должна составлять 60–75 °C, но бывает всякое).

Несуразный тариф. 7/2017. Фото 1

Предположим, что для кого-то из нас наиболее комфортной для помывки является вода с температурой 40 °C. В таком случае, если температура горячей воды t = 75 °C, то в смеси её должно содержаться 41,67 % от всего объёма, если же температура горячей воды t = 60 °C, то в смеси её должно быть 55,56 % от всего объёма. Далее по аналогичному методу отсчёта. И, наконец, если t = 40 °C, то для помывки мы вынуждены использовать лишь одну «горячую» воду. Значит, чем «холоднее» горячая вода, тем дороже (при принятой ныне методике образования тарифов ГВС) она нам обходится.

Надо уточнить, что данный график выполнен для случая, когда температура холодной воды в магистрали равна 15 °C. В случае других её значений на графике точка с координатами Х = 0 % переместится по оси t [°C], что мало изменит получаемые указанные выше значения Х для различных температур подаваемой горячей воды.

Отсюда легко уяснить, что тариф на горячую воду не может быть постоянным и должен линейно возрастать при повышении её температуры и уменьшаться при её спаде.

Согласно [2], при понижении температуры горячей воды ниже 40 °C её тариф следует приравнивать к тарифу холодной воды. Если это положение оставить в силе, то разумное изменение тарифа можно представить линией А на рис. 2.

Несуразный тариф. 7/2017. Фото 2

В настоящее время в весьма ограниченных масштабах попытки решения проблемы несостоятельности тарифов ГВС реализуются, например, путём использования так называемых «многотарифных» счётчиков. Их режим изменения стоимости кубометра воды в зависимости от её температуры представлен линией В на том же рис. 1. Очевидно (см. залитую голубым область), что коэффициенты 1,0; 0,9 и 0,7 в этом случае выбраны произвольно и безосновательно, и поэтому такие счётчики по-прежнему не исключают необходимость переплаты за услуги ГВС.

Ещё более завышенными эти переплаты становятся при использовании «двухтарифных» счётчиков, осуществляющих отдельную регистрацию общего количества использованной потребителем воды и её части с температурой ниже 40 °C.

Следовало бы установить правило, согласно которому тариф на горячую воду должен устанавливаться поставщиком из расчёта затрат на достижение какойлибо «базовой» температуры (например, при 75 °C имеем k = 1), а при учёте расхода воды потребителем должны вводиться поправки, исходя из приведённых на рис. 2 зависимостях. (Поэтому, кстати, термин «многотарифный» применительно к счётчикам следует считать некорректным.)

В случае реализации измерения расхода по предлагаемому принципу счётчик должен быть выполнен на основе блоксхемы, приведённой на рис. 3, и содержать блок питания (не показан), размещённую на трубопроводе крыльчатку Кр и электромагнитную муфту (ЭММ), электрически связанную с интегрирующим цифровым показывающим устройством (ИЧ) через усилитель-масштабизатор К со звеном автоматического регулирования усиления (АРУ), взаимодействующий с накладным датчиком температуры (НДТ) горячей воды, протекающей по магистрали.

Несуразный тариф. 7/2017. Фото 3

Горячая вода от стояка протекает по трубопроводу, вызывая вращение крыльчатки Кр со скоростью, пропорциональной интенсивности потока V. Скорость вращения крыльчатки Кр преобразуется электромагнитной муфтой в измерительный сигнал (частоту), который поступает на рабочий вход усилителя К со звеном автоматического регулирования усиления (АРУ). На звено АРУ усилителя К поступает сигнал с датчика температуры НДТ, который, изменяя коэффициент усиления, реализует зависимость, обозначенную на рис. 2 линией А. Эта поправка, вносимая в показания интегрирующего цифрового показывающего устройства, ИЧ и определяет размер необходимой платы за услугу системы горячего водоснабжения с учётом происходивших колебаний температуры.

Очевидно, что при использовании в указанных целях счётчиков других типов (электромагнитных, ультразвуковых и пр.), должны использоваться и усилители К соответствующих систем.

Таким образом, имеется реальная возможность покончить с действующим ныне абсолютно необоснованным методом начисления платы за услуги ГВС и, проведя инновационную разработку (например, на основе приведённых выше соображений), перейти к цивилизованной системе определения стоимости услуг с учётом их качества. Это тем более важно, поскольку получаемые результаты используются при аналоговом методе выработки нормативов для домов, где по каким-то причинам нельзя установить счётчики. Очевидно, что предлагаемый метод не будет приветствоваться работниками жилищно-коммунального хозяйства, поскольку учитывает энергоэффективность системы горячего водоснабжения по действительно конечному результату — качеству услуги, получаемой непосредственно потребителем.

Кроме того, препятствием на этом пути (автор знает это по собственному опыту) является безразличие, лень или некомпетентность многих чиновников. Со временем, пожалуй, автор назовёт их поимённо. Но хотелось бы, чтобы необходимость в этом отпала.