Энергосбережение: Москва

В движении к энергоэффективности, как, впрочем, и в других устремлениях, всегда есть свои лидеры и аутсайдеры. Москва по объективным и понятным причинам является лидером среди российских городов по очень многим показателям, в том числе и по показателям энергоэффективности. В связи с этим, особую пользу можно извлечь из опыта мегаполиса в деле внедрения передовых технологий. Тема энергоэффективности уникальна тем, что в её развитии заинтересованы все: и власть, и производители тепловой энергии, и потребители. Наблюдается, так сказать, всеобщий консенсус.

Выступавший на форуме ENES мэр Москвы Сергей Собянин сказал, что сегодня стоит задача поддержать этот консенсус, воплотить в жизнь имеющиеся начинания, добиться результатов. Однако при этом он констатировал, что «хотя Москва и лидирует по энергоэффективности среди других российских городов, но мне кажется, это, в первую очередь, означает не то, что Москва добилась мировых высот, а то, что, к сожалению, в других городах ситуация ещё хуже, чем в Москве». Глава города акцентировал внимание на том, что, несмотря на определённые успехи и продвижение вперёд, Москва находится в состоянии догоняющего по отношению к другим ведущим мировым мегаполисам. Если взять для сравнения тот же Торонто, который находится примерно в одинаковых климатических условиях со столицей России, то его энергоэффективность примерно в два раза выше, чем у Москвы. Это говорит о том, что есть ещё над чем работать. И первоочередная задача власти в этой работе — создание условий и стимулов для того, чтобы все сегменты, где возможна экономия, активно занимались энергосбережением.

Градоначальник привёл несколько примеров. Один из них относится к сфере большой энергетики. После объединения «Мосэнерго» и генерирующих мощностей города в течение четырёх-пяти лет будут серьёзно сдерживаться тарифы. Это говорит о том, что потребление энергоресурсов в городе будет уменьшаться. Более того, около 60 неэффективных квартальных котельных за этот период будут просто закрыты за ненадобностью.

По словам Сергея Собянина, сегодня виден колоссальный прорыв в экономии воды. Буквально за несколько лет объём водопотребления в Москве сократился на 14 %, и теперь столица России находится на уровне, соответствующем мировым показателям. Но, увы, тем же нельзя похвастаться в плане экономии тепла — здесь показатели куда более скромные. Хотя, казалось бы, везде поставлены счётчики, приборы учёта, но эффект пока небольшой. С чем это связано? Мэр объясняет такое положение дел тем, что счётчики, учёт потребления тепла администрировали сами тепловые компании. Конечно, они никогда не будут заинтересованы в том, чтобы делать эти приборы учёта более эффективными и снимать объективные показатели.

«Поэтому в рамках общей реорганизации системы теплоснабжения мы договорились о том, что энергетики передают нам счётчики на баланс, а мы создаём независимую компанию, которая будет осуществлять сбор информации с помощью автоматической системы и концертировать её в едином центре, — заключил г-н Собянин. — Тогда точно будут созданы условия для экономии и в жилом фонде, и в магистральных сетях». Градоначальник поддерживает мнение о необходимости работы и над тарифами для того, чтобы последние стимулировали энергоснабжающие организации.

Что касается жилого сектора, здесь также очевидно, что энергосервисные контракты, о которых сейчас много говорят, «не идут» по той простой причине, что власти не могут создать нормальные условия для их полноценного внедрения. Подготовка такого контракта, обследование жилого фонда, или любого другого объекта, стоит таких денег и настолько сложна, что порой нет никакого смысла это делать. «Вначале нужно вложить миллиарды для того, чтобы обследовать жилой фонд, или объекты соцкультбыта, — рассуждает Сергей Собянин. — Мы нашли более простые подходы. И первые несколько сотен контрактов уже заключены. Я думаю, что они будут исправно реализовываться».

Серьёзным резервом для экономии в жилом секторе будет являться та огромная, масштабная программа по капитальному ремонту, которая начинается в стране. И теперь нельзя упустить возможность и обязательно включить в этот процесс определённые мероприятия по энергоэффективности.

К сожалению, капитальные затраты, связанные с утеплением стен, кровли и т.д., действительно очень дороги (до 30 % от всего капитального ремонта), потому что «тянут» за собой усиление несущей конструкции, фундамента и так далее. В связи с этим градоначальник предложил «Фонду реформирования ЖКХ» стараться основные деньги направлять в качестве стимула для создания проектов энергосбережения при капитальном ремонте.

По словам Сергея Собянина, город Москва с 2016-го года переходит на новые серии домов, которые не только более комфортны, но и более энергоэффективны. Это создаёт задел на будущее — город получает новый жилой фонд, гораздо более современный. «Что касается транспорта, — отметил мэр, — то город Москва за последние несколько лет практически полностью заменил общественный транспорт на современный, с двигателями Евро-4 и Евро-5, что дало большой эффект с точки зрения потребления топлива».

Упомянул городской глава и другие направления, в которых Москве удалось добиться значительных успехов. По его данным, за три года освещённость города была увеличена на 40 %, что стало возможным благодаря проведению огромной реконструкции, как внутриквартального освещения, так и уличного. Действительно, невооружённым глазом видно, что город стал светлее. «Нам часто задают вопрос: при такой освещённости города вы наверняка тратите колоссальные деньги на электроэнергию, — поделился опытом общения с оппонентами г-н Собянин. — Мы отвечаем, что ничего подобного не наблюдается. Увеличив на 40 процентов освещённость, мы практически не увеличили затраты на освещение, и сделали это как раз за счёт применения энергоэффективных технологий».

В нормативы финансирования, например, образования, ввели не только учебный процесс, но и расходы на коммунальные услуги. А в здравоохранении в тарифы на медицинское обслуживание включены не только собственно сами медицинские услуги, но и коммунальные платежи.

«Я просто вижу, как наши руководители учреждений реально бросились работать над экономией энергоресурсов, — сказал столичный мэр. — И сегодня в нашем городе мы заканчиваем подготовку программы создания единой системы учёта энергоресурсов в наших учреждениях, замены регулирующих блоков и учётных систем. Я уверен, что в ближайшие годы мы получим колоссальный экономический эффект».

Градоначальник также привёл несколько дополнительных примеров «экзотических для Москвы вещей»: на улицах столицы появились паркоматы, а также освещение в парках на солнечных батареях.

«Это, конечно, даёт не очень большую экономию, но это правильный жест в направлении энергоэффективности, энергоэкономии, пример для создания новых, современных систем в этой области», — подвёл черту Сергей Собянин.

Москва по объективным и понятным причинам является лидером среди всех российских городов по очень многим показателям, в том числе и по показателям энергоэффективности

Энергоэффективность — текущее положение дел . 3/2015. Фото 3

Финансы

Весь рынок энергосбережения России сегодня оценивается примерно в 1,5 трлн рублей. И много кто хотел бы «дотянуться» до этих денег. Но «камнем преткновения» становится вопрос — «как?». Здесь приведём анекдот в тему. Идёт конференция, посвящённая вопросам энергосбережения. Выступает министр энергетики. Выступление заканчивается, предлагается задавать вопросы докладчику. Встаёт один из крупных потребителей электроэнергии и говорит: «Слушайте, вы меня заставляете применять энергосберегающие технологии, и вот я начал устанавливать энергосберегающие лампочки, но ни одна из них за год не окупилась, потому что лампочки очень дорогие, что вы можете сделать?». Министр энергетики говорит: «Мы эту вашу проблему решим в течение ближайшего месяца». Потребитель спрашивает: «Сделаете лампочки дешевле?». «Нет, — отвечает министр, — стоимость электроэнергии поднимем».

Сегодня российские банки, пытающиеся работать на рынке энергосбережения, сталкиваются с одной «маленькой» проблемой — они по целому ряду энергопроектов вынуждены создавать стопроцентный резерв. Это говорит о том, что Центральный Банк списывает какие-то суммы сразу как безнадёжные. То есть уже на этапе начала финансирования проекта есть 100-процентная уверенность в том, что деньги обратно не вернутся никогда. Такие проекты называются в западной практике сферой irretrievable. Это область, которая невозможна для финансирования со стороны банков. Если говорить про сферу энергосбережения, во многом она тоже относится к irretrievable. Мы, к сожалению, очень поздно начали работать по Киотскому протоколу и освоили чуть больше миллиарда евро.

Это был очень серьёзный вызов для наших предприятий, выдали большое количество кредитов под данный механизм. Если бы его внедрение в России началось года на четыре-пять раньше, у нас были бы совершенно другие результаты. На сегодняшний день известные всем «1,5-2,0 % ВВП», которые лежат в сфере энергоэффективности — громадный ресурс для занятия бизнесом. Как было сказано выше, весь вопрос в том, как его заполучить. «Мы крайне заинтересованы в том, чтобы бизнесдотянулся" до этих денег, — говорит президент и председатель правления Сбербанка России Герман Греф. — У нас есть специальное подразделение, которое занимается так называемымизелёными" проектами. Мы реализуем их и сами. За прошедшие два года мы примерно на десять процентов сократили потребление электроэнергии. Например, наш Центр обработки данных, который мы построили в Москве, имеет суммарную мощность энергопотребления 40 мегаватт. Это уровень крупного завода». Сбербанк России строит всё больше и больше дата-центров по стране, работа которых подразумевает громадное потребление электроэнергии. При этом налицо колоссальный потенциал снижения её потребления практически на всех подобных объектах.

Только за прошедший год Сбербанк выдал кредитов в области энергосбережения на сумму около 500 млрд рублей. Если проследить структуру заёмщиков, то энергосберегающим компаниям было выдано всего порядка 20 млрд рублей, что крайне мало. Порядка 120 млрд рублей «взял» энергосетевой комплекс, а оставшиеся деньги «разделили» промышленные и энергетические предприятия, которые занимались энергоснабжением на своих мощностях.

Наибольший потенциал (0,5 трлн рублей) лежит в сфере тепло- и водоснабжения. В частности, настоящий прорыв в водоснабжении сделала Москва. Но таких городов в стране очень много. Хорошо работает петербургский водоканал, однако в большинстве регионов это громадная проблема. Для того чтобы максимально глубоко погрузиться в тему и быть «на переднем крае» борьбы за энергосбережение, Сбербанк создал свою компанию, которая называется «Сберэнергодевелопмент», но работает она пока, в основном, с Москвой.

Сегодня мы видим интерес, появившийся у муниципальных учреждений к вопросам энергосбережения. Стимул, который был создан в Москве, когда сэкономленные на энергопотреблении деньги для бюджетных учреждений было позволено использовать на увеличение заработной платы, очень мощный. И подобного рода стимулы, несомненно, нужно создавать по всей стране, в других городах.

«Конечно, нужно радикальным образом пересмотреть всю систему стимулов, придумать новую систему мотивации всех ключевых игроков, — уверен Герман Греф. — Без этого выделение денег на энергосберегающие технологии при текущих подходах не гарантирует получения ожидаемого эффекта». На сегодняшний день это колоссальная проблема. К сожалению, у нас до сих пор нет кодов экономической классификации такой деятельности, как энергосбережение, хотя этот вопрос можно «закрыть» элементарно. И его надо решать как можно быстрее, так как он вызывает целый ряд проблем, в том числе в банковском секторе.

Нужно сделать так, чтобы все проекты по энергосбережению носили окупаемый характер. Как только это произойдёт, тот же Сбербанк сможет дать в этот сектор ровно столько денег, сколько он готов будет «переварить». Но ключевым является, конечно, глубокое осмысление проблем в этом секторе, и создание входящего финансового потока, который бы запустил работу энергосберегающих компаний. Порочный круг можно разорвать, в первую очередь, при содействии Правительства России, создав соответствующие стимулы, а во-вторых, конечно, при активном участии субъектов РФ. Когда этот рынок будет сформирован, рыночные игроки уже самостоятельно смогут поддержать данное направление. И вот тогда энергосбережение не в радужных мечтах, а в реальности станет «золотым дном», как его сегодня любят называть, причём на многие-многие годы для любых компаний, которые войдут на этот рынок.

Нужно двигаться вперёд

Рынок энергосбережения действительно огромен. Если достичь тех показателей, к которым стремится страна (Президент РФ в 2007-м году поставил задачу снизить энергоёмкость на 40 %), то появилась бы возможность повысить конкурентоспособность отечественной экономики, увеличить объём внутреннего валового продукта, по оценкам экспертов, на 2 %. Это очень серьёзный показатель. И это означает выход на другой уровень качества жизни и иной уровень использования современных технологий энергосбережения.

Энергоэффективность, инновационность — это слова-синонимы. В 2013-м году под руководством председателя Правительства РФ был проведён Совет по модернизации, на котором были выработаны определённые решения, в том числе административного, управленческого характера, которые реализуются сегодня. В частности, идёт планирование программно-целевым методом. И фактически каждое министерство имеет соответствующую разработанную государственную программу, в рамках которой реализует свои задачи, поставленные перед отраслью. Как ни странно, в этих государственных программах нет пункта «энергоэффективность».

Нет нужды слепо копировать те или иные варианты «ручного» управления. Но всякий опыт должен быть обдуман и осмыслен, поскольку сегодня действительно тяжело «достучаться» до компаний, особенно государственного сектора

И одна из основных задач заключается в том, чтобы занималось ею не только Министерство энергетики, не только Министерство экономического развития, а каждая отрасль поставила бы перед собой такую задачу. В качестве примера можно привести методы управления, используемые в Китайской Народной Республике, где был утверждён перечень из тысячи предприятий — так называемый «ТОП-1000», куда вошло 245 металлургических предприятий и порядка 200 энергетических, а также химических заводов, бюджетных организаций и государственных компаний. Между правительством и этими предприятиями были подписаны соответствующие целевые соглашения в области энергосбережения, где было оговорено достижение конкретных целевых показателей. В обмен правительство давало соответствующее продление определённых сертификатов, прав на те или иные виды деятельности, и, в целом, стимулирование этих процессов. Причём компании достигли показателей в 1,5 раза лучших, чем ставили перед собой в упомянутых документах.

Конечно, нет нужды слепо копировать те или иные варианты «ручного» управления. Но всякий опыт должен быть обдуман и осмыслен, поскольку сегодня действительно тяжело «достучаться» до компаний, особенно государственного сектора, в плане внедрения инноваций и энергосберегающих технологий. А всё потому, что, увы, вполсилы работают рыночные инструменты и механизмы, способные стимулировать к занятию этими вопросами и экономить средства, которые могли бы оставаться в распоряжении компаний бюджетного сектора и других. При этом есть много целей и задач по совершенствованию нормативноправовой базы, по внедрению самых современных механизмов и инструментов, которые уже используются во всём мире.