Plumbing. Heating. Conditioning. Energy Efficiency.

Гонения на фреоны — кто от этого выигрывает на самом деле?

(0) (2398)
Опубликовано в журнале СОК №4 | 2014
Rubric:
Air conditioning, ventilation
Автор:

В прошлом номере журнала С.О.К. №3/ 2014 вышла статья [1], где рассказывается об одобрении Европейским Союзом проекта документа, предписывающего частичный запрет использования гидрофторуглеродов (ГФУ). Наш читатель и технический специалист решил высказать свое мнение на этот счет и рассказал о том, каким образом неоправданные административные запреты холодильных агентов приводят к губительным последствиям для мировой экономики и экологии мегаполисов.

Статья из журнала СОК №3/ 2014 «Фторсодержащие газы «гонят» из Европы»

Начнем, как обычно, с истории, поскольку уже давно никто не помнит, с чего начались гонения на фреоны. Всё началось отнюдь не с пресловутого Киотского протокола, который мало кто вообще читал, началось всё еще с конца XIX века — уже тогда на межгосударственном уровне родилась идея недобросовестной конкуренции. Это выражалось во многих формах, и одной из них было навязывание невыгодных межгосударственных торговых соглашений, разумеется, прикрытых «благими намерениями».

Почти никто не знает, что «парниковый эффект» и «глобальное потепление» также были выдуманы в конце XIX века, но тогда разыграть эту карту не удалось, хотя резонанс и пересуды в обществе были такие же масштабные, как и сейчас. Затем приключились две мировые войны, позволившие заработать транснациональным корпорациям намного больше, чем они могли мечтать, но войны кончились, и нужно было как-то повышать прибыли.

Фреоны, в основном, использовались отнюдь не в холодильной технике и кондиционировании, составляющих максимум 3 % мирового оборота фреонов, а в качестве выталкивающих веществ в аэрозольных баллончиках, вспенивателей в тепловой изоляции и как заправка огнетушителей. Рынок этот — гигантский, синтезированные в начале ХХ века бельгийцами фреоны производили все страны, поэтому был проплачен ничем не подтвержденный отчет о якобы надвигающихся «глобальном потеплении» и «парниковом эффекте».

Высмеянный климатологами отчет с удручающим упорством стали перепечатывать все околонаучные журналы, и со временем эта ничем не обоснованная теория была озвучена даже некоторыми научными изданиями. Сейчас любой имеющий глаза может взять термометр или просто взглянуть на заснеженные улицы Мадрида или Нью-Йорка, а климатологи осторожно прогнозируют Малый ледниковый период, но, как и настоящие ученые, пока они не могут с достаточной долей вероятности оценить степень похолодания.

В то же время средства массовой информации громко трубят о кошмарном потеплении, о грандиозном таянии ледников и паковых льдов, хотя небольшой участок в Канаде, на основе которого было сделано «глобальное исследование», уже восстановился, а истинные паковые льды Арктики лишь увеличились, о чем есть точные отчеты, которые никому, кроме климатологов, не интересны. Но механизм был запущен, все подписали ничем не обоснованный Киотский протокол, и с упорством, достойным лучшего применения, начали все запрещать.

И, о чудо, тут же нашлись «озонобезопасные», «не вызывающие парникового эффекта» новые фреоны, которые, естественно, были в десятки раз дороже, энергетически неэффективны, но зато якобы «экологичны». Их, конечно, производили три мировых корпорации, и, пока монополия на их синтез сохранялась, разговоров об их замене не шло. Как только синтез был налажен в Китае и нормализовалось качество выпускаемого фреона, тотчас последовали новые запреты.

И это не говоря о торговле квотами, то есть государства имеют право торговать правом на выброс парниковых газов, которые они «недовыбросили» у себя. Но нас интересует узкий холодильный рынок, поэтому вернемся к фреонам. Из-за энтузиазма чиновников и непродуманности компании против фреонов чуть было не пострадала отрасль производства аэрозольных баллончиков, бытовых холодильников, бытовых и автомобильных кондиционеров, что грозило просто парализовать работу корпораций.

Естественно, нарушая существующее законодательство, буквально в считанные месяцы корпорации, несущие миллиардные убытки, переломили столетний запрет пожарников на использование пропанобутановых смесей в быту, и тут же фреоны заменили на пропанобутановые холодильные агенты. Но для коммерческих и промышленных холодильных установок, разумеется, запрет на аммиак и бутан не сняли, а только ужесточили.

Теперь, несколько разобравшись в краткой предыстории вопроса, можно взглянуть на безрадостную действительность. Холодильная и климатическая техника находится в самом невыгодном и бесправном положении, особенно крупные промышленные холодильные установки. Есть все основания говорить о закате компрессионного сжатия в холодильных установках, поскольку перспектив работы на «новых экологичных и энергоэффективных фреонах» никаких не имеется.

Все «новые» фреоны были синтезированы сотню лет назад (в 1900-х годах их разработал бельгиец Свартсон) и сначала были признаны негодными для использования, теперь их каждые десять лет достают из-под сукна и, придав яркий товарный вид, выбрасывают на рынок. Идеальные фреоны R12 и R22 потому и были выбраны в качестве заменителей первым хладагентам — ядовитым и пожароопасным диэтиловым эфирам, сернистым ангидридам, аммиаку, потому что лучше этих веществ нет и не будет.

Любой заменитель будет хуже по эксплуатационным качествам и по энергоэффективности. Не говоря уж о полностью тупиковом направлении углекислоты (CO2 или R744) — последнюю углекислотную установку охлаждения порохового трюма на британском линкоре демонтировали еще в 1940 году. Однако этот анахронизм, не имеющий никаких шансов на существование, вновь предлагают как «новые технологии».

Как можно использовать углекислоту, если нужно толстостенное оборудование, энергоэффективность ее низка, при остановке или высоких температурах наружного воздуха она может банально взорваться, если не охлаждать ресивер, холодильный агент не должен выпадать в твердую фазу и, тем более, сразу забивать предохранительный клапан. Все углекислотные холодильные установки либо переводятся на фреоны, либо эксплуатируются неимоверными усилиями персонала.

Поэтому, например, не используется в качестве холодильного агента вода или воздух — по сравнению с R717, R22 и R12 это очень плохие хладагенты, как и «новые заменители». Запреты уже привели к удорожанию холодильной техники в разы, а в дальнейшем просто сделают экономически нецелесообразным использование компрессорной техники. Другие способы производства холода либо не перекрывают все диапазоны температур, либо сложны в использовании, либо находятся пока в зачаточном состоянии, как «магнитные холодильники» или «термоакустика».

Ни для кого не секрет, что «новые экологичные и энергоэффективные» заменители намного уступают по энергоэффективности R22 и R12. К чему же приведет их повсеместное внедрение с точки зрения не прибылей корпораций, которые их производят, а мировой экономики и экологии? Значительную долю в общем энергопотреблении стран составляет холодильная техника.

Например, в США, где доля кондиционеров довольно высока (часть южных штатов была освоена именно благодаря кондиционерам), на энергопотребление холодильной техникой в среднем приходится от 15 до 33 % всей производимой в стране электроэнергии. В нашей стране доля холодильной техники в общем потреблении производимой электроэнергии составляет до 12–15 %, что характерно для стран северной Европы.

Современная тенденция к снижению энергопотребления и повышение эффективности экономики заставляет искать все новые способы энергосбережения: социальная реклама призывает выключать свет, выводить оборудование из режима stand-bay, использовать ртутные лампы вместо ламп накаливания. В то же время огромный пласт такого энергоемкого оборудования, как холодильная техника, в целом никак не участвует в энергосбережении и будет лишь ухудшать показатели.

Будучи президентом Российской Федерации, Д.А. Медведев спрогнозировал увеличение общего энергопотребления нашей страны в год на 25 % к 2020 году. То есть страна будет потреблять не один триллион, а 1,25 триллиона кВт⋅ч, в которых доля домашних холодильников и кондиционеров составляет в среднем 6 %, коммерческих холодильных машин — 4 %, промышленных холодильных машин — 2 %, что составляет 12 % от общего энергопотребления, или на 2013 год — 120 млрд кВт⋅ч, а к 2020 году — 150 млрд кВт⋅ч.

Если учесть, что холодильные машины на R22, R12 и R717 позволят экономить до 25 %, по сравнению с «новыми» и «новейшими» фреонами, то сейчас мы тратим лишних 40 млрд кВт⋅ч, а будем тратить лишних 75 млрд кВт⋅ч (энергопотребление всей Москвы в год). В денежном исчислении это составит около 156,8 млрд руб. в год — именно столько нам будет стоить «борьба за экологию» только в прямом денежном выражении, не говоря уж о неэффективности экономики, приводящей к традиционной неконкурентоспособности товаров.

В попытках демонизировать идеальные фреоны полностью забывается тот факт, что, вводя энергоэффективные «старые» фреоны, можно снизить показатель выброса углекислоты в воздух — с чем так борются все чиновники и энтузиасты экологии. Ведь «новые фреоны», как видно, просто пожирают электроэнергию, а это напрямую приводит к сжиганию углеводородов и угля, потребных на выработку электроэнергии.

Мало того, что само холодильное оборудование становится неэффективным, так оно еще снижает эффективность производственных процессов, что, в свою очередь, приводит к повышению энергопотребления и тех же выбросов углекислого газа на ТЭЦ. Поэтому чиновники и терроризирующие их «борцы за экологию», проплаченные транснациональными корпорациями, на бумаге борются за экологию и прочие блага, а на самом деле загоняют экономику и экологию в еще больший тупик.

Вот, например, Клэр Перри, возглавляющая глобальную кампанию по защите окружающей среды, организованную EIA, комментирует новый регламент: «…Естественно, мы бы предпочли, чтобы в документе было больше запретов и меньше лазеек, так как это эффективнее способствовало бы предотвращению парниковых выбросов. Тем не менее, мы приветствуем новый регламент как начало конца эры ГФУ в Европе. По крайней мере, теперь индустрия получила недвусмысленный сигнал о том, куда дует ветер, а значит, ей пора задуматься об инвестициях в более экологичные технологии…».

Иными словами — потребители, готовьтесь платить за то, что вам не нужно и только ухудшит вашу жизнь и здоровье. В большинстве документов можно увидеть подобные формулировки: «…Исследования, проведенные в рамках подготовки нового регламента, показали, что введение запрета использования ГФУ с 2020 года с одновременным переходом на альтернативные хладагенты с равной или даже большей эффективностью способно вдвое уменьшить негативное воздействие на климат…».

Теоретически фраза безупречна, однако никаких более эффективных фреонов не существует, а как измеряют негативное влияние на климат — и вовсе остается загадкой. Например, широко известный исландский вулкан Эйяфьядлайекюдль выбросил в воздух столько вредных веществ, сколько вся промышленность мира не выбросила за все свое существование! И планета Земля от этого никак не пострадала.

Да, конечно, мегаполисы отравлены и негативно влияют на жизнь и здоровье человека, в их локальной экологии и следует стараться произвести улучшения. Глобальный климат настолько глобален, что воздействие людей ничтожно, и говорить, что смешные (по сравнению с общими выбросами предприятий и автомобилей) утечки фреонов из сверхгерметичных холодильных установок могут хоть как-то повлиять на глобальный климат, по меньшей мере, лукавство.

«Холодильщики» по совместительству и климатологи, мы имеем климатологические таблицы всего мира и не видим никаких изменений, а профессиональные климатологи вообще не дают прогноз на температуру и погоду более чем на три дня и уж всяко не предсказывают глобального потепления или забытых уже «озоновых дыр». Кроме того, даже если принять правила игры Киотского протокола, то соблюдать его следует всем странам, поскольку его продвигают, но не выполняют сами США, Китай, Индия и большинство крупнейших экономик мира, с наибольшими выбросами и парниковых газов, и других вредных веществ.

Да, разумеется, необходимо минимизировать техногенное воздействие на природу, да, необходимо заниматься экологией мегаполисов, поскольку, проживая в них, у человека складывается ложное впечатление, что его города, которые на самом деле подобны «комариным укусам» на теле планеты, хоть как-то влияют на гигантский земной шар. В ста километрах от мегаполисов техногенное влияние уже настолько снижается, что разговоры о каком-либо глобальном потеплении или воздействии на природу в планетарном масштабе — явная спекуляция и результат недобросовестной конкуренции.

За всеми этими конференциями в защиту чего-то и кого-то, регламентами, протоколами, обычно ничего кроме недобросовестной конкуренции и банального незнания вопроса не стоит, и в таком случае «с бельем выплескивают и ребенка» — то, чего можно достичь традиционными технологиями и разумным использованием R717, R22 и R12, делается плохо, дорого и в итоге приводит не к снижению, а значительному увеличению проблем и выбросов.

Поэтому, как всегда, проблему нужно изучать настоящим экспертам, а не огульно подписывать протоколы и регламенты, направленные, в первую очередь, на обогащение химических корпораций под прикрытием экологических лозунгов. Экологический терроризм, которым пользуются корпорации, следует ограничивать или запрещать, поскольку люди, искренне верящие в правильность своих дел, но руководствующиеся абсолютно неверными данными, опасны и для себя и тем более для окружающих. Всеми вопросами, в том числе оборотом фреоновых хладагентов, должны заниматься профессионалы. 

Читайте по теме:
Comments
  • В этой теме еще нет комментариев
Add a comment

Your name *

Your e-mail *

Your message